НОСТАЛЬГИЧЕСКОЕ про юность и ослов

Он, как пророк – на молодом осле.
Пред ним страна из ряда букв согласных,
а в ней полно лесов, полей и рек.
Идет неторопливо XэXэ-век,
весь из дорог таких, широких, ясных...
А 19 – знак поры прекрасной,
где нету мыслей о добре и зле.

Но многое поведать нужно миру,
распорядиться собственной судьбой,
«осанну» услыхать, да без последствий.
Ну, а пока, чтоб жизнь вести по средствам,
среди друзей, в отвязке молодой
шабашит на краю Одной Шестой
в одной из позабытых Богом дыр он.

Забавная особенность тех мест -
цветут поля «лекарственного мака»
до самых до подошв Тянь-Шаньских гор.
Вот, дурь стекает затвердевшим лаком,
вот, коноплею пол метут барака,
но, бьется сердца пламенный мотор,
и не тревожит душу чей-то крест,

Поскольку: нет наркотиков и секса,
ведут нас к светлым далям старики,
звучат оптимистические мессы,
да саркофагов стопудовым прессом,
народу компостируют мозги,
собрав все фараоновы долги
при торжестве условного рефлекса.

Бесследно тонут в омуте прогресса
эксцессы, интересы, даже стрессы,
да в стиле босховском шныряют бесы,
в ботве и ряске наводя круги.

Классический утопии расклад,
отягощенный стадностью к тому же.
Финал известен, но не ясны срок
и жертв число. А как же наш пророк,
ведь для него прогноз гораздо хуже:
фантом внутри, иллюзия снаружи,
амбиции, напор... А результат?

Итоги. Тридцать лет прошло с тех пор.
Пророк не состоялся, бит был много,
усвоил истину - одну для всех:
не мудрым – хлеб, не храбрецам успех.
Неоднократно поменяв дорогу
(fortuna favet fatius, ей-богу),
он понял: случай – общий приговор.
.
Его достоинств небогат набор:
трудясь в одной из крупных госконтор,
с судьбою больше не вступая в спор,
он перед вами – не судите строго.

Утопия исчезла. Тем же сроком
согласная страна пошла на слом
(а мы беду теперь лишь осознали).
Но всю премудрость всех своих регалий
отдал бы я, чтоб нынешним числом
побыть немного юным тем ослом,
который возомнил себя пророком,

Где берег Иссык-Куля поздним летом -
какой-то нереальный синий цвет
в краях с янтарным облепихи цветом,
а дальше - гор ледовых силуэт...
Все тает в памяти. Причин на свете нет,
есть только следствия, – сказал поэт.
Ну, а мудрец сказал, - пройдет и это.