Поэты Серебряного века в Хювинкяя

[v_murza]

Запад клеветал и сам же верил,
И роскошно предавал Восток,
Юг мне воздух очень скупо мерял,
Усмехаясь из-за бойких строк.
Но стоял как на коленях клевер,
Влажный ветер пел в жемчужный рог,
Так мой старый друг, мой верный Север
Утешал меня, как только мог.
В душной изнывала я истоме,
Задыхалась в смраде и крови,
Не могла я больше в этом доме...
Вот когда железная Суоми
Молвила: «Ты всё узнаешь, кроме
Радости. А ничего, живи!» (Анна Ахматова)

Тихий и зеленый городок Хювинкяя расположился среди покрытых лесами холмов на полпути от Хельсинки к Хямеенлинна. Он известен музеем железных дорог и лютеранской церковью необычной пирамидальной формы, построенной в 1961г. архитектором Аарно Руусувуори.
Несмотря на близость к финской столице, тут за целый день можно не встретить ни одного автомобиля с российскими номерами. Вместе с тем наших соотечественников здесь ожидает немало интересных открытий.


Если за этой церковью повернуть налево, попадаешь на улицу Parantolankatu (Санаторную).
Это, наверное, самая тихая и зеленая улица городка. Июльским субботним полднем, прогуливаясь здесь более часа, я не встретил ни одной души.
На стене одного из зданий в конце улицы вдруг замечаешь мемориальную доску, посвященную Анне Ахматовой. Знакомый профиль великой соотечественницы изображен на фоне терновых ветвей.




Надпись на 3-х языках (фото в заголовке поста) свидетельствует, что Анна Андреевна жила в 1915г. в этом доме-санатории. Что это за санаторий, и как она здесь очутилась?

ХЮВИНГСКАЯ САНАТОРИЯ
Когда-то Хювинкяя (или по-шведски, Хювинге) была знаменитым курортом Российской империи. Здесь в 1896г. был основан санаторий. Поначалу он занимал одну деревянную виллу, находившуюся в идеальном месте для лечения лёгочных больных, на возвышенности среди сосновых боров с воздухом, насыщенным губительными для бактерий фитонцидами.


Очень скоро санаторий приобрел большую популярность. Здесь лечились русские генералы, адъютанты царя, важные сановники, писатели, художники и питерская «золотая молодежь». К 1915г. почти ¾ пациентов составляли россияне.
Вот строки из рекламной брошюры:

Санаторiя Хювинге (др. мед.I.Санделин) расположена в 1/2 килом, от станцiи того же названия (59 килом, от Гель- сингфорса) на абсолютно сухомъ песчаномъ грунтѣ в сосновомъ лѣсу, защищающемъ от вѣтровъ и тумановъ; плата за проѣздъ из Петрограда по ж.д. в I кл. 10 р. 64 к., во II кл. 6 р. 38 к. и в III кл. 4 р. 25 к. Кромѣ каменного главного зданiя имеются 2 боль- шихъ деревянныхъ дачи; санаторiя открыта круглый годъ, причемъ кромѣ лицъ нуждающихся в отдыхѣ и возстановленiи силъ принимаются больные, страдающiе общей слабостью, безсонницей, головными болями, нервной диспепсiей, Базе- довой болѣзнью, неврастенiей, истерiей, малокровiемъ, ревма- тизмомъ, заболѣванiями сердца и почекъ. Особенно полезное дѣйствiе сухой воздухъ Хювинге оказываетъ на бронхiальные катарры. <…> При леченiи применяются разнообразные методы как то различныя ванны, паровые шкафы, души, обвертыванiя, да- лѣе лечение горячимъ воздухомъ, электрическими и грязевыми ваннами, усиленнымъ питанiемъ и т.д.

Для расширения санатория в 1906г. был возведен его главный корпус по проекту архитектора Ларса Сонка, одного из столпов северного модерна. Позже он был перестроен и так выглядел к 1917г.


Санаторий работал до 1939г. Во время Зимней войны он подвергся бомбардировке, и его главный корпус был разрушен. Позже его восстановили в значительно измененном виде. Но и сегодня в его архитектурном облике чувствуется рука великого мастера






Мемориальная доска в память основания санатория


Фонтан во внутреннем дворике, автор – ск. Осмо Валтонен.


ПАЦИЕНТ GUMILOWA
Анна Ахматова проходила курс лечения в Хювинкяя с 15 по 30 октября 1915г. В книге регистрации пациентов она значилась под фамилией мужа – Gumilowa.
В семействе Горенко туберкулёз был наследственной болезнью. Дети заболевали один за другим, сестра Анны Ирина, по-домашнему Рика, умерла ребенком в 1896г. От чахотки угасла рано вышедшая замуж Инна (1883–1905), затем заболели старший, Андрей, за ним Анна и Ия. Анна выздоровела, но к 1915г. хронический процесс вновь обострился.

Ее творчество той поры проникнуто предчувствием скорой смерти

Подошла я к сосновому лесу.
Жар велик, да и путь не короткий.
Отодвинул дверную завесу,
Вышел седенький, светлый и кроткий.

Поглядел на меня прозорливец
И промолвил: «Христова невеста!
Не завидуй удаче счастливиц,
Там тебе уготовано место.

Позабудь о родительском доме,
Уподобься небесному крину.
Будешь, хворая, спать на соломе
И блаженную примешь кончину».

Верно, слышал святитель из кельи,
Как я пела обратной дорогой
О моем несказанном веселье,
И дивяся, и радуясь много. («Моей сестре»,1914)
                - " -
Я пришла сюда, бездельница,
Все равно мне, где скучать!
На пригорке дремлет мельница.
Годы можно здесь молчать.

Над засохшей повиликою
Мягко плавает пчела;
У пруда русалку кликаю,
А русалка умерла.

Затянулся ржавой тиною
Пруд широкий, обмелел,
Над трепещущей осиною
Легкий месяц заблестел.

Замечаю все как новое.
Влажно пахнут тополя.
Я молчу. Молчу, готовая
Снова стать тобой, земля. («Я пришла сюда, бездельница…», 1912)

Семейная жизнь у Анны Андреевны тоже не сложилась, хотя первый год войны снова сблизил супругов Гумилевых. Она писала мужу на фронт ласковые письма, но уже с 1913г. развивался ее роман с Николаем Владимировичем Недоброво, поэтом, филологом, литературным деятелем и эстетом.
Кажется, именно ему посвящено стихотворение, написанное Ахматовой в Хювинкяя и позже вошедшее позже в сборник «Белая стая»

Как невеста, получаю Каждый вечер по письму, Поздно ночью отвечаю Другу моему: "Я гощу у смерти белой По дороге в тьму. Зла, мой ласковый, не делай В мире никому". И стоит звезда большая между двух стволов. Так спокойно обещая Исполненье снов.

Недоброво опубликовал первую посвящённую Ахматовой критическую статью (в газете «Русская мысль»). Ее поэтесса считала провидческой, лучшей из всего, написанного о ее творчестве. Кроме того Недоброво и сам писал стихи, и эти строки были адресованы Анне Андреевне

С тобой в разлуке от твоих стихов
Я не могу душою оторваться.
Как мочь? В них пеньем не твоих ли слов
С тобой в разлуке можно упиваться?

Но лучше б мне и не слыхать о них!
Твоей душою словно птицей бьётся
В моей груди у сердца каждый стих,
И голос твой у горла, ластясь, вьётся.

Беспечной откровенности со мной
И близости - какое наважденье!
Но бреда этого вбирая зной,
Перекипает в ревность наслажденье.

Как ты звучишь в ответ на все сердца,
Ты душами, раскрывши губы, дышишь,
Ты, в приближеньи каждого лица
В своей крови свирелей пенье слышишь!

И скольких жизней голосом твоим
Искуплены ничтожество и мука…
Теперь ты знаешь, чем я так томим?
Ты, для меня не спевшая ни звука.(1916)

Неизвестно, как и чем лечили в санатории Ахматову. Но, кажется, она там очень скучала, и Николай Гумилев, несмотря на то, что уже тогда было ясно, что 5-летний брак, от которого родился сын Лев, не удался, дважды за полмесяца приезжал в Хювинкяя. В конце концов он увез супругу в Царское Село. Судя по тому, что Анна Андреевна прожила после лечения в Хювинкяя еще нелегкие полвека, финские врачи не ели даром свой хлеб. Ее сестра Ия умерла от туберкулеза в 1922г. Николай Недоброво умер от туберкулеза, перешедшего в тяжелую почечную форму, в 1919г. в Ялте. Супруга литератора, богатая, красивая, близкая ко двору дама винила Ахматову в смерти мужа. Она-де его заразила. Сама Ахматова тоже обвиняла себя в смерти Недоброво, но по другой причине. Была уверена, что в могилу его свела весть об ее измене с лучшим другом Николая Владимировича - Борисом Анрепом. Духовная связь с Финляндией останется у Ахматовой до конца жизни. Это стихотворение было написано в Комарово в 1956г.

Пусть кто-то ещё отдыхает на юге
И нежится в райском саду.
Здесь северно очень — и осень в подруги
Я выбрала в этом году.

Живу, как в чужом, мне приснившемся доме,
Где, может быть, я умерла,
И, кажется, будто глядится Суоми
В пустые свои зеркала.

Иду между чёрных приземистых ёлок,
Там вереск на ветер похож,
И светится месяца тусклый осколок,
Как финский зазубренный нож.

Сюда принесла я блаженную память
Последней невстречи с тобой -
Холодное, чистое, лёгкое пламя
Победы моей над судьбой.

Мемориальная доска в память пребывания Анны Андреевны в Хювинкяя была открыта в 1992г. по проекту скульптора Яна Неймана и архитектора Филиппа Гепнера.

МАНДЕЛЬШТАМ, ПЯСТ, ЕКАТЕРИНА ГАЛАТИ
Для Осипа Мандельштама Финляндия значила гораздо больше, чем просто соседняя страна, удобно расположенная рядом с Петербургом. Еще зимой 1907-1908гг., находясь в Париже, он пишет матери: «Маленькая аномалия. Тоску по родине я чувствую не к России, а к Финляндии. Посылаю стихотворение о Финляндии…». Вот это стихотворение

О, красавица Сайма, ты лодку мою колыхала,
Колыхала мой челн, челн подвижный, игривый и острый,
В водном плеске душа колыбельную негу слыхала,
И поодаль стояли пустынные скалы, как сестры.

Отовсюду звучала старинная песнь — Калевала:
Песнь железа и камня о скорбном порыве титана.
И песчаная отмель — добыча вечернего вала,—
Как невеста, белела на пурпуре водного стана.

Как от пьяного солнца бесшумные падали стрелы
И на дно опускались и тихое дно зажигали,
Как с небесного древа клонилось, как плод перезрелый,
Слишком яркое солнце и первые звезды мигали,

Я причалил и вышел на берег седой и кудрявый;
Я не знаю, как долго, не знаю, кому я молился...
Неоглядная Сайма струилась потоками лавы,
Белый пар над водою тихонько вставал и клубился.

Его автору тоже довелось поправлять здоровье в санатории Хювинкяя. 15 марта 1910г. Осип Эмильевич послал отсюда открытку Вячеславу Иванову с видом санатория и текстом: «Я буду в течение нескольких недель в Финляндии из-за моего плохо здоровья». Неделю спустя, 21 марта, в книге регистрации пациентов был отражен факт оплаты Мандельштамом курса лечения и процедур.
Впечатления о санатории у него остались явно благоприятные: «Я люблю буржуазный европейский комфорт,и я привязан к нему не только физически, но и эмоционально».
Годом раньше в Хювинкяя лечился Владимир Пяст (1886-1940).

Слагали ли эти поэты в санатории стихи – неизвестно. А вот, молодая поэтесса и переводчица Екатерина Галати (1890 – 1935), пребывавшая в Хювинкяяв один год с Мандельштамом, сочинила целую «Хювингенскую поэму»:

Я вспоминаю бесконечно
Хювинге милые места,
Где воздух нежен безупречно,
Где блещет сосен красота,
Где исчезала понемногу
Моя заветная тоска,
Где бесконечную тревогу
Смела незримая рука.
…………………………..

В мечтах я вижу с умиленьем
Целебных сливок гущину,
Коробку с тающим печеньем,
Ночей морозных тишину;
Фигуру Schwester стройно-белой
И “bitte” Oberin сухой,
И баронессы белоспелой
Улыбок надоевший рой;
С пикантной ямочкой субъекта,
Что улыбался как конфекта
И взор Калинина больной
С необходимою слезой.
Гортанный голос Безбородко,
Студента-скульптора с чахоткой,
И комплиментов сладкий яд
Ивизги праздничных ребят,
И звон бубенчиков веселый,
И санок окрыленный бег,
И биофона мрак тяжелый
И важный милый, милый снег;
И вас, любезнейшие други,
С кем, в санаторные досуги,
Я не изведала тоски,
Играя в шашки, в дураки.

- и т.д., всего четыре страницы. Среди её друзей по санаторию встречались весьма колоритные персонажи:

Другой усатый, густобровый,
И с очень черной бородой,
К веселым шуточкам готовый
Трунил все время надо мной,
Считая девочкой смешной.
Суровой, пламенной душою
Был всем насмешливый судья,
Хотя нередко похвалою
Он тонко опьянял меня.
Ах, профиль грустный, романтичный
Я не забуду никогда,
(Хотя весь облик симпатичный
Ужасно портит борода).

О том, что было дальше, и чем грозит пребывание молоденьких барышень в такого рода лечебных заведениях, рассказывает пост lucas_v_leyden, к коему я читателей и адресую.

Остается добавить, что здесь бывал еще Федор Шаляпин. Здесь наши соотечественники имели возможность общаться с финскими, шведскими и немецкими художниками и литераторами, также любившими этот курорт. В книге регистрации можно встретить фамилии знаменитой финской художницы Хелены Шьерфбек (она осталась здесь и писала свои картины в течение 20-ти лет), поэта Эйно Лейно, памятник которому украшает Эспланаду в Хельсинки, жены одного из президентов страны Сигне Реландер, королевы красоты Суоми Эстер Тойвонен.

После зимней войны подвергшийся бомбежке санаторий прекратил свое существование. Сейчас здесь городской оздоровительный центр.

А это уже новый Хювинкяя


Основные источники:
Рудольф Хилтунен. «И стоит звезда большая между двух стволов...».
Михаил Владимиров. «Анна Ахматова в Финляндии» (автор, кажется, перепутал Николая Недоброво с Владимиром Недоброво).
Бена Хеллман. «О финском доме Ахматовой»,- Ахматовский сборник.. Париж, 1989.

Авторские фото июля 2012г.

Comments

[suomilarissa.livejournal.com]

Слов у меня нет, какое огромное впечатление произвела на меня Ваша публикация - снимаю шляпу! Вы открыли мне новую страницу истории Финляндии и России и,не постыжусь признаться, что несмотря на моё образование, Вы открыли для меня и Ахматову, стихи которой теперь зазвучали для меня по-новому!
Сердечное спасибо! Эту публикацию я буду перечитывать - она доставляет мне огромное интеллектуальное удовольствие.

[v-murza.livejournal.com]

Лариса, большое Вам спасибо! Искренне рад, что нашел в Вашем лице единомышленника.

[poruchik-sr.livejournal.com]

Спасибо. Дал своим читателям ссылку, пусть люди тоже насладятся.

[v-murza.livejournal.com]

Рад тебя видеть! Заглядывай почаще.

[barbos91.livejournal.com]

А я и не знал. Спасибо.

[v-murza.livejournal.com]

И тебе спасибо! А об этих фактах даже специалисты по творчеству Ахматовой не все знают.

[lucas-v-leyden.livejournal.com]

Отличный очерк! И на фотографиях место выглядит очень заманчиво.

[v-murza.livejournal.com]

Спасибо! Городок Хювинкяя сам по себе замечателен... какая-то хорошая и добрая аура, соответствующая названию.
Странно даже, что сегодня мало кто из наших сюда приезжает.

[alartsss.livejournal.com]

Спасибо, интересно.

[v-murza.livejournal.com]

Спасибо Вам за неравнодушие!

Ой!

[tsarskoye.livejournal.com]

Re: Ой!

[v-murza.livejournal.com]

А где это?!

[talinika.livejournal.com]

Спасибо. Северный модерн великолепен.

[v-murza.livejournal.com]

Спасибо! Творчество Ларса Сонка, едва ли не самая яркая страница этого стиля.
Зашли мы в ту поездку еще в им построенную церковь Каллио, ей в этом году 100 лет исполняется

[zalgalina.livejournal.com]

Как это ни странно,но у меня Анна Андреевна всегда ассоциируется с Финляндией. Потому что познакомилась я с её поэзией именно там.Были ведь такие времена, когда ни Ахматову,ни Цветаеву,ни Мандельштама прочитать в нашей стране было невозможно. А в Финляндии все эти наши издания можно было приобрести в книжном магазине. Так и попал ко мне черненький томик Анны Ахматовой, с которым я не расставалась всю свою Финляндию. Жаль, что про место, которое Вы описываете - не знала.Да и жили мы почти что в резервации.
Вот теперь узнала - и еще раз вспомнила эту необыкновенную, чистую, зеленую страну, в которой так чтят не только свою, но и нашу историю.
Большое Вам СПАСИБО!

[v-murza.livejournal.com]

Спасибо, Галина!
Честно говоря, представил я себе эту Вашу резервацию, и мне очень туда захотелось:)

В кустах Финляндии бессмертной,
где сосны царствуют сурово,
я полон радости несметной,
когда залив и Комарово
освещены зарей прекрасной,
осенены листвой беспечной,
любовью Вашей - ежечасной
и Вашей добротою - вечной.
(Бродский - Ахматовой)

[y-lada.livejournal.com]

Огромное спасибо! Прекрасный пост! Такие факты из жизни великих людей! Финляндия для них была и курортом, и отдушиной, которая создавала впечатление свободы и счастья.И впрямь - ведь совсем рядом с Петербургом!а всё же не ОН...

[v-murza.livejournal.com]

Спасибо!
"Я всегда смутно чувствовал особенное значенье Финляндии для петербуржца и что сюда ездили додумать то, чего нельзя было додумать в Петербурге" (О.Мандельштам)

[nbl.livejournal.com]

Спасибо,спасибо!Тема и способ изложения находятся в удивительной гармонии.Это производит сильное впечатление. Тоже буду читать и перечитывать этот пост. Действительно, "земля хотя и не родная, но памятная навсегда". Во время "финской кампании" Ахматовой было написано несколько стихотворений,посвященных Финляндии. Правда,название страны, по вполне понятным причинам, там не упоминается, но по всему можно догадаться, что это о ней.
Уж я ль не знала бессонницы
Все пропасти и тропы,
Но эта – как топот конницы
Под вой одичалой трубы.
Вхожу в дома опустелые,
В недавний чей-то уют.
Все тихо, лишь тени белые
В чужих зеркалах плывут.
И что там в тумане – Дания,
Нормандия, или тут
Сама я бывала ранее,
И это – переиздание
Навек забытых минут?
А я вчера вернулась из Каннельярве, где отдыхала неделю на даче у друзей. В Рощино, на берегу озера стоит памятник из темного гранита. Это могила финской поэтессы Эдит Сёдергран. Она родилась в Петербурге в апреле 1892 года. Через три месяца ее семья переехала в Райволу ( ныне Рощино). Училась она в Петербурге, в знаменитой гимназии Петершуле. Это очень интересная история о людях, которые попали в слом двух революций, одной войны и трех языков. Эта семья была шведскоязычными эмигрантами из Финляндии.Но я и сама пока не очень много об этом знаю, но обязательно почитаю про это побольше. Эдит умерла в 31 год. Ниже - ее стихи.

Ты искал цветок
А нашёл плод.
Ты искал родник
А нашёл море.
Ты искал женщину
А нашёл душу —
Ты разочарован.


НОКТЮРН

В серебряном растворе,
За дюнами, вольна,
Перебирает море
Полночная волна.
Печальные туманы
И серебро волны
Хранят, как великаны,
В долине валуны.
И веет до рассвета
Под белою луной
Благословеньем лета,
Мечтой и тишиной.

ЛЕСНОЕ ОЗЕРО

В янтарном солнце круча.
И с кручи видно мне:
Плывет по небу туча
И остров - по волне.
А сладость до отвала
Насытила стволы.
И в сердце мне запала
Жемчужина смолы.


ПЕСНЯ НА ГОРЕ

Солнце в пене морской потонуло, и берег заснул.
А высоко в горах чья-то боль о несбыточном пела.
Песня падала в воду, и горького голоса гул
Затихал, умирая на кромке ночного предела.
И пришла тишина. И представила я в тишине
На вечерней скале одинокое сердце, от боли
Исходившее кровью и песней в седой вышине
О прекрасной судьбе, что уже не воротится боле.

Кстати, недалеко от памятника поэтессе, в год ее столетия поставили памятник ее коту Тотти.

[v-murza.livejournal.com]

Спасибо, Наташа!
Финляндия не отпускает. Это сквозит в позднем творчестве Анны Андреевны да и упокоилась она в Келломяки, а не в Тверской губернии.
Про Эдит Сёдергран слышал, но со стихами ее не был знаком. Очень своеобразные и глубокие, интересно бы их на шведском послушать.
Напиши про Райволу и Келломяки, чувствую у тебя много интересного материала:))

[ne-nai.livejournal.com]

Очень интересно, с удовольствием почитала! Спасибо большое!
Название Хювинге слышала, а побывать там не довелось. Нужно будет запланировать.

[v-murza.livejournal.com]

Спасибо Вам за неравнодушие!

[pamsik.livejournal.com]

Мне, кажется вся Финляндия похожа на санаторий), не только Хювинкяя). А по решению проблем со здоровьем прописана всему нашему населению).

К Ахматовой у меня человечески сложное отношение. Из-за сына. Наверное, это накладывает отпечаток на моё личное восприятие её стихов. Но удивилась именно отношению финнов к её памяти. Это потрясающе.
У нас, пожалуй, днем с огнем не найдешь подобных барельефов Ахматовой. Да кажется даже и на доме, в котором она жила в Петербурге ведь тоже нет (?)...

[silva2103.livejournal.com]

К Ахматовой у меня человечески сложное отношение. Из-за сына…

А что Вас смущает? То, что Лев Николаевич Гумилев в детстве жил в Бежецке и его воспитывала бабушка?

Так ведь страшно боялись инфекции – туберкулеза.
И …счастьем для маленького Левы было то, что его добрым ангелом все эти смутные годы была бабушка – Анна Ивановна – изумительной доброты и ума человек. Она его выходила, вырастила и воспитала…

[silva2103.livejournal.com]

Не понимаю, что у тебя, т.е. у меня с комментами... Они исчезают

[silva2103.livejournal.com]

Вчера, кажется, тут оставила стихотворение Ахматовой, посвященное Недоброво, написанное в 1915 году.

Н.В.Н.
Есть в близости людей заветная черта,
Ее не перейти влюбленности и страсти, -
Пусть в жуткой тишине сливаются уста,
И сердце рвется от любви на части.

И дружба здесь бессильна, и года
Высокого и огненного счастья,
Когда душа свободна и чужда
Медлительной истоме сладострастья.

Стремящиеся к ней безумны, а ее
Достигшие - поражены тоскою...
Теперь ты понял, отчего мое
Не бьется сердце под твоей рукою.
1915

А Анреп - это мощь))

[silva2103.livejournal.com]

И представь себе, Пунину Николаю Николаевичу , как никому другому, близка Финляндия) Он родился в Гельсингфорсе (Хельсинки) в 1888 году. Выпускник Царскосельской гимназии 1907 года.

А всё начиналось в Московской части, на Николаевской улице (ныне улица Марата) в доме № 42, там жили дедушка и бабушка Пунины...
http://kfinkelshteyn.narod.ru/Tzarskoye_Selo/Uch_zav/Nik_Gimn/NGU_Punin.htm